Корреспондент уральского издания Znak.com Игорь Пушкарев побывал в лагере самой известной сегодня в России частной военной организации - ЧВК Вагнера, чьи бойцы за несколько лет отметились в Крыму, Донбассе и Сирии

 Корреспондент уральского издания Znak.com Игорь Пушкарев побывал в лагере самой известной сегодня в России частной военной организации – ЧВК Вагнера, чьи бойцы за несколько лет отметились в Крыму, Донбассе и Сирии.

О том, что лагерь находится возле хутора Молькино в 30 километрах от Краснодара на юг по трассе М-4 “Дон”, известно еще с весны 2016 года после публикации“Фонтанки.ру”. В августе 2016 года РБК рассказывал о лагере подробнее, отмечая, что база находится на балансе Минобороны. Журналисты РБК добрались тогда до Молькино и пообщались с военнослужащими 10-й бригады ГРУ Минобороны РФ на первом КПП. Однако, что происходит за КПП, существует ли лагерь ЧВК Вагнера на самом деле и как он выглядит, до сих пор оставалось неизвестным.

Пушкарев рассказывает, что он без проблем добрался из Краснодара до КПП 10-й бригады ГРУ (это можно сделать на обычном автобусе), который находится в сотне метров от поселка Молькино. “Видишь, вправо уходит грунтовка. По ней иди, пройдешь еще одно КПП и дальше, там они стоят”, – напутствовали его на этом КПП солдаты, услышав от гостя “магическую” фразу “в Сирию”. На “втором КПП” журналиста, выдающего себя за добровольца, встретил и пропустил еще один военнослужащий ГРУ. Оттуда до казарм вагнеровцев было еще около километра.

Лагерь встретил гостя тремя двухэтажными казармами, облицованными сайдингом салатового цвета, с зелеными крышами, решетчатым забором и парковкой с десятком машин перед воротами (Пушкарев прилагает к своему репортажу несколько фотографий). При этом по периметру забора установлены видеокамеры, обращенные почему-то объективами внутрь, а не наружу, отмечает журналист. Возле казарм он увидел два десятка мужчин, которые кучковались несколькими группами: “Их принадлежность трудно установить. На всех смесь военной и гражданской одежды”.

С “вагнеровцами” незваный гость не стал рисковать, пытаясь выдать себя за соискателя на должность бойца ЧВК, и решил просто попытаться узнать судьбу бойцов, чьи фамилии звучали в списке погибших под американскими авиаударами 7 февраля в сирийской провинции Дейр-эз-Зор. Журналист подошел к одному из предполагаемых бойцов, охраняющих ворота лагеря, и задал свой вопрос. “Говори, за кого надо узнать, братан”, – ответил тот, записав фамилии на листок бумаги.

“Через секунду за моей спиной появляется еще один “вагнеровец”. Шагов не слышно, догадываюсь о втором только по мимике первого, того, что в будке. Оставляю контактный телефон и ретируюсь. Предполагаю, что сразу после моего ухода листок со списком фамилий попал в мусорное ведро”, – пишет Пушкарев. На этом он подобру-поздорову покинул лагерь, встретив на обратном пути еще одного мужчину – с вещмешком за плечами. Тот сказал лишь, что завтра предстоит очередная отправка, тоже быстро заподозрив, что перед ним “отнюдь не потенциальный сослуживец”.

Потом журналист побеседовал с одним из жителей Молькино, представившимся Александром. Он рассказал, что “вагнеровцы” появились здесь около пяти лет назад, “еще до Украины”. В первый год о существовании особого отряда никто из местных даже не подозревал. Потом начала просачиваться скупая информация. При этом у собеседника Пушкарева есть некоторые данные о событиях 7 февраля, хотя в самом лагере, по его словам, “делают вид, что ничего не знают, ничего не понимают, о чем ты”.

“Это только в Москве говорят, что наших там не было. 87 человек погибших там ребят и еще пропавших много – более 100 человек. <…> Без вести. Их разорвало там в куски прямо, мясо собирали по полю”, – отметил Александр. По его словам, останки бойцов отправили в Ростов-на-Дону и Санкт-Петербург: “Будут они восстанавливать сейчас по жетонам и ДНК, кто есть кто”. Мужчина добавил, что за погибшего бойца сначала платили 5 млн рублей, а сейчас меньше: “Слышал, что по 3 млн уже только дают”. При этом, по его словам, установить погибших по фамилиям крайне сложно, так как все при заключении контракта с ЧВК сдают документы, получая жетоны: “По фамилиям здесь никто никого не знает. Только прозвища, позывные. Они все то Лиса, то Кабан, то еще хрен знает кто”.

Напомним, в ночь с 7-го на 8 февраля 2018 года коалиция во главе с США нанесла удары по проправительственным силам в Сирии. По данным Пентагона, коалиция действовала в рамках самообороны, отражая попытку атаковать позиции “Сирийских демократических сил”, которые поддерживает Вашингтон.

СМИ сообщали, что в результате этих ударов погибли от нескольких десятков до нескольких сотен российских наемников так называемой ЧВК Вагнера. Официально МИД РФ 20 февраля признал гибель и ранения лишь нескольких десятков граждан СНГ, включая россиян, добавив, что они не являлись штатными военнослужащими РФ. При этом немецкий журнал Der Spiegel в своем расследовании, опубликованном 1 марта, сообщил со ссылкой на очевидцев событий 7 февраля, что российские наемники под авиаудар коалиции не попали.

Как сообщалось, ЧВК Вагнера – это подразделение, которым руководит подполковник запаса Дмитрий Уткин, известный под позывным Вагнер. Ранее журналисты выяснили, что ЧВК была сформирована на основе “Славянского корпуса”, действовавшего в Сирии в 2013 году. Как писала “Фонтанка”, с весны 2014 года ЧВК занималась операциями на территории Крыма и Луганской области, после чего ее бойцы отправились на выполнение задач в Сирию.

Добавим, что служба в ЧВК, согласно действующему российскому законодательству,нелегальна – за нее грозит семь лет по ст. 359 УК. Но в российском парламенте ужепланируют это изменить.

Подробнее: http://www.newsru.com/russia/06mar2018/molkino.html